4- Вперед, родные! Не считайте трупы!



Аннотация: в статье критикуется действующий порядок сдачи квалификационного экзамена на должность судьи.

«- Интересно знать, сколько в этой бочке
бензина? — сказал сэр Джон и зажег спичку.
Покойнику было 24 года»1.

Способ, которым экзаменационные комиссии проверяют пригодность кандидатов в судьи к будущей профессии, напоминает метод сэра Джона.
«Как отметил председатель экзаменационной комиссии при ВККС РФ, ректор Российской академии правосудия В.В. Ершов, «статистика экзаменационных комиссий при квалификационных коллегиях судей такова, что почти половина претендентов не показывает даже удовлетворительный уровень знаний, необходимых судьям» (Российская газета. 2006. 29 ноября). Это означает, что почти половина экзаменующихся получили «двойки», а в некоторых субъектах РФ, как известно, этот показатель достигает 70%. И это при том, что вопросы экзаменационных билетов экзаменующимся известны заранее»2.
Но даже сумевших проскочить через такой отбор кандидатов вряд ли можно считать ценным приобретением судейского корпуса. Вспомним еще раз Н.Матерова, указавшего, что несмотря на обращение квалификационными коллегиями судей (ККС) внимания на оценку, полученную за экзамен на должность судьи (резонно полагаем, что «двоечников» и «троечников» ККС вряд ли рекомендуют на должность судьи), в судейские ряды все чаще попадают лица «с заниженным интеллектом, недостаточными аналитическими способностями, узким кругозором и т.д.»3.
Т.е. система отбора кандидатов в судьи никуда не годится: пыжатся-пыжатся эти экзаменационная комиссии и ККС, а в итоге отбирают тех, кто не способен вершить правосудие. Но год за годом судейское сообщество (а это именно оно разработало такой порядок сдачи квалификационного экзамена на должность судьи) упорно наступает на одни и те же грабли.
Если у рояля все клавиши черные, поднимите крышку.
Неужели не очевидно, что если успешная сдача квалификационного экзамена не отсеивает лиц с «заниженным интеллектом» и «недостаточными аналитическими способностями», то экзамен преследует неверную цель?!
«Впервые (по иерархии актов, а не по времени) названная цель закрепляется в Положении об экзаменационных комиссиях по приему квалификационного экзамена на должность судьи, где в п. 1.1 она была определена так: «установить наличие у претендента профессиональных знаний, необходимых для работы в суде определенного вида и уровня»4.
Т.е. цель экзамена – простое установление наличия знаний. Причем если органы судейского сообщества и видят недостатки в таком экзамене, то только в том, что «в большинстве случаев ответы на многие правовые вопросы в нормативных правовых актах в силу наличия в них пробелов вообще отсутствуют и претендент не может продемонстрировать знание того, чего нет в правовой природе, кроме того, достаточно часто встречаются коллизии между различными российскими нормативными правовыми актами, международным и национальным правом, вследствие чего претендент не может показать знаний по вопросам, по существу не разрешенным на доктринальном уровне, а также в правотворческой и правоприменительной практике»5. Признается наличие недостатков указанного Положения и самой ВККС 6.
В предыдущей статье
«Sans peur et sans reproche?» нами уже отмечалось, что главная ценность судьи отнюдь не в знании законодательства, которым фактически сегодня и ограничены цели квалификационного экзамена.
Какие ошибки чаще всего допускает судья, за которые могут отменить его решения?
Применительно, например, к гражданскому процессу они указаны в ст.330 ГПК РФ: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Как видим, три из четырех видов ошибок к юриспруденции не имеют вообще никакого отношения и представляют собой ошибки логического характера. Но даже ошибки 4-го вида, имея отношение к знанию права, все равно намертво связаны с логическими способностями (чтобы выбрать из ряда схожих правовых норм единственно верную для данной ситуации, необходимо иметь аналитический склад ума). Какой прок в глубоком знании теоретического материала, если ты не можешь правильно оценить фактические обстоятельства дела и сделать из них правильные выводы (к которым потом можно будет применить теоретические знания)?
К чему этот бессмысленный опрос, в который выливается квалификационный экзамен на должность судьи, направленный на проверку способности запоминать нормативный материал? Можно подумать, судья обязан разбирать дела только с ручкой и блокнотом для пометок, полагаясь только на свою память и не имея права подглядывать в нормативные акты.
Ну, понятно, в ХХ веке такой подход к экзамену себя оправдывал: все законодательство существовало только на бумажных носителях и не содержало ссылок на нормативные акты, регулирующие одни и те же правовые вопросы. Поэтому судья попросту мог не подозревать о существовании всего круга нормативных актов, регулирующих ту или иную сферу правоотношений, связанных с рассмотрением находящегося в его производстве дела. Да еще должен был постоянно следить за изменениями в законодательстве и делать соответствующие вклеечки в Кодексы и другие законы, составляющие материально-техническую базу суда.
Но сейчас же ХХI век: сегодня любой может зайти в Интернет и найти то, что его интересует. Не говоря уже о судьях, обеспеченных правовыми базами данных «Гарант» или «КонсультантПлюс»: набери в строке поиска суть проблемы, и компьютер выдаст тебе все законодательство в последних редакциях и с перекрестными ссылками на нормативные документы, регулирующие одни и те же правовые вопросы.
Самое большее, что сегодня требуется, с точки зрения правовой подготовленности, — это знание системы права и основных принципов каждой отрасли (подотрасли) права. Все остальное умение судьи заключается в правильном понимании смысла закона (а здесь значение имеет не столько наличие юридического образования, сколько уровень интеллекта), способности выделять юридически значимые обстоятельства дела, правильно оценивать доказательства (подмечая все нюансы) и делать из всего этого правильные выводы.
Документом, подтверждающим знания «определенного вида и уровня», является диплом об окончании юридического ВУЗа. Зачем повторно оценивать знание кандидатами в судьи того, что уже однажды было оценено? Понятно, что лучшие результаты уже никто не покажет: с течением времени возможности памяти ухудшаются, да и времени на зубрежку этого материала у практикующих юристов нет (чай, не студенты, у которых кроме этой проблемы других забот и нет). Хуже – пожалуйста.
Но ведь кандидаты в судьи – это не абы какие юристы. Это лучшие из лучших. Они чувствуют в себе способности быть судьей. Если даже среди них до 70 % «двоечников», то что тогда говорить об остальных юристах? Как быть с полученными в ВУЗах дипломами: там отличные оценки, а здесь двойки? Дипломы нельзя считать достоверными?
Даже если кандидат в судьи на экзамене на должность судьи отвечает на большинство дополнительных вопросов неправильно, то и тогда это не показатель его способности стать судьей. Он сдает экзамен на судью или на члена Клуба знатоков «Что? Где? Когда?». Почему он сходу должен отвечать на такое количество дополнительных вопросов по десятку юридических дисциплин? Что, судья именно так и работает: не имеет возможности при ответе на возникший перед ним вопрос заглянуть в электронную правовую базу?
Ведь экзаменационная комиссия почему-то не обеспечивает кандидатов в судьи компьютерами с соответствующим программным обеспечением даже при подготовке ответов на основные вопросы билета. Что с собой принес на бумажном носителе, тем и пользуйся. А много ли с собой унесешь на бумаге?
Т.е. в основном приходится рассчитывать на свою память и на везение.
Однако законодательство состоит из столь огромного количества нормативных актов, что запомнить их содержание невозможно не то чтобы близко к тексту, а хотя бы в общих чертах. Более того, невозможно запомнить их хотя бы по названиям. С абсолютным большинством нормативных актов даже судья за всю свою жизнь так и не познакомится.
В юриспруденции важно каждое слово, каждая запятая, употребленная в тексте нормативного акта. Поэтому полагаться на свою память любому юристу (тем более судье) никак нельзя: при применении того или иного нормативного акта надо обязательно иметь его текст перед глазами и досконально изучить. А если правовую норму обязательно надо иметь перед глазами, то какая разница в том, как хорошо ты ее заучил ранее: на 5, 4 или на «кол»? Достаточно иметь хотя бы смутное представление о том, где эту норму при необходимости можно найти, чтобы более детально с ней ознакомиться.
Если же учесть, что в наше время законодательство активно меняется, то полагаться на память тем более опасно: заученная наизусть норма в любое время может быть отменена или изменена.
Тогда почему при сдаче квалификационного экзамена кандидата ставят в такое трудное положение, в котором он никогда не окажется, будучи судьей? Естественно до 70 % кандидатов этот экзамен не сдаст. Его сдадут только те, к кому экзаменационная комиссия будет более благосклонна.
И если такой экзамен провести среди судей и с таким же пристрастием, то судейский корпус поредеет гораздо больше чем на 70 %. Посыпятся, как спелые груши: в 1-ю очередь те, кто находится в солидном возрасте (ведь с годами память ухудшается), т.е. руководство судов субъектов РФ и им равных, ВС РФ, ВАС РФ и КС РФ.
Вменяемые кандидаты в судьи понимают всю бессмысленность этой затеи с точки зрения проверки профессионализма, и всю ее бесперспективность с точки зрения заучивания материала, вынесенного в экзаменационные вопросы, а потому относятся ко всему этому философски: зубрить не буду; сдам так сдам, не сдам — ну, и гори оно все синим пламенем.
По нашему мнению, на полученную на таком квалификационном экзамене оценку, вообще не стоит обращать внимание, поскольку форма проверки профессионализма кандидата путем ответов на теоретические вопросы архаична и абсолютно не способна выявить уровень способностей кандидата к применению права.
В юриспруденции теория не имеет самостоятельного значения: она вторична по отношению к закону, вытекает из него. Сначала появляется норма права, и только потом наука дает ее толкование. Т.е. теория нужна только для обобщения и систематизации начал и принципов той или иной отрасли права в целях облегчения понимания системы права тем, кто с ней впервые знакомится (студентам). Она не имеет никакого прикладного значения: судья не может сослаться в обоснование своего решения на какой-либо учебник или научный труд.
Все что нужно для понимания права, в нем самом и содержится. У кого есть способности к рассуждению, тот все это разыщет в законодательстве и поймет без помощи учебников (как поняли те, кто эти учебники написали).
Теория права — это азбука, таблица умножения. Никто же не спрашивает знание азбуки. таблицы умножения у ученика средней школы, сдающего государственный экзамен по русскому языку. математике: подразумевается, что их знание автоматически выявляется при решении поставленных перед сдающим заданий.
Экзаменационная комиссия по принятию квалификационного экзамена на должность судьи не может утверждать, что кандидат в судьи не знает теорию права, если он не может сходу ответить на все вопросы. Он знает, и подтверждением этого является вкладыш к диплому.
Ну, подзабыл. Ну, и что?
Ведь смысл поиска среди кандидатов на должность судьи суперграмотных специалистов состоит не в выявлении способности к запоминанию содержания материала и его пересказу. Иначе на должность судьи целесообразнее всего было бы назначать студентов выпускных курсов юридических ВУЗов: именно они знают (т.е. могут пересказать) право лучше любого юриста и даже лучше любого преподавателя юридических дисциплин (поскольку преподаватели на «отлично» знают только свой предмет, другие же дисциплины, мягко говоря, знают слабо; а студент выпускного курса знает минимум на «удовлетворительно» любой предмет, и в большинстве незнакомых ситуаций сориентируется лучше преподавателя, потому что знает, где можно найти ответ на поставленную задачу).
Ст.4 Закона «О статусе судей в РФ» устанавливает, что судьей может стать гражданин, имеющий стаж по юридической специальности не менее 5 лет. Отсюда следует, что законодатель считает важным в деятельности судьи не способность к запоминанию и пересказу изученного материала, а способность к применению этого материала на практике.
Эта проблема признается и Российской академией наук. Так, Клеандров М.И. указывает: «Но даже если кандидаты в судьи будут сдавать квалификационный экзамен по требованиям, сопоставимым с этим гипотетическим докторским минимумом, сказать, что успешно сдавший такой экзамен с профессиональной точки зрения гарантированно годен стать судьей, нельзя. Наличие глубоких теоретических знаний даже по самому широкому кругу юридических дисциплин — лишь одна из составляющих, важный, но далеко не единственный и даже, быть может, не доминирующий компонент в совокупном объеме профессионализма, необходимого начинающему судье 7.
Т.о., целью экзаменационной комиссии должна быть проверка того, как научился кандидат применять право за годы своей практической деятельности, а не проверка возможностей его памяти.
А это можно проверить только решением кандидатом задач. И не двух, как это заложено в законе, а штук 50, чтобы исключить погрешность (ведь может сложиться так, что две задачи успешно решит и заведомый двоечник, а остальные 48, если бы они были, не решит; и наоборот, отличник может ошибиться именно в этих двух задачах, но правильно решит остальные 48).
Бессмысленность проверки знания теории видна даже из объема выносимого на экзамен материала. С одной стороны, в абсолютном выражении это, конечно, очень много: никто не в состоянии удержать в памяти в течение месяца материал по десятку юридических дисциплин при подготовке к квалификационному экзамену (и тем более невозможно держать такой объем информации в памяти постоянно, как это, наверное, предполагается ВККС РФ, утвердившей такой перечень вопросов). Но с другой стороны, в относительном выражении, это очень мало: выносимый на экзамен материал вряд ли составляет более 1% от всего объема законодательства. Нельзя же утверждать, что кандидат, знающий 1% законодательства, знает все законодательство.
Если исходить из того, что судья не способен вершить правосудие, не зная близко к тексту эти законы, то как же тогда быть с остальной частью законодательства (99%)?
Тогда какой смысл в проверке теоретических знаний кандидата?
«…Любые знания, и фундаментальные общетеоретические, и тем более узкоотраслевые прикладные, имеют свойство без их постоянной подпитки быстро утрачиваться. Следовательно, еще одной практически важной проблемной задачей российской (и не только) высшей школы является выработка методологии обучения студентов продолжать учиться (самостоятельно и в иных формах) и после окончания вуза, даже после занятия высокопрестижной должности, в том числе должности судьи, учиться всю жизнь»8.
Какой смысл проверять знание кандидатом законодательства по экзаменационным вопросам, если эти знания неизбежно утратятся уже через несколько дней?
А что делать с ситуациями, не урегулированными законодательством? Экзаменационную комиссию не заботит, как кандидат будет выбираться в будущем из этих ситуаций?
А что делать с новыми правовыми нормами, по которым еще нет никакой теории (не написаны учебники)? Ведь право не закостенело раз и навсегда, оно живое: оно постоянно меняется. Эту ситуацию в науке характеризуют как то, что студентов даже в самых лучших юридических ВУЗах учат праву даже не вчерашнего дня, а позавчерашнего. Получается, что экзаменационная комиссия проверяет у кандидатов в судьи знание теории права позавчерашнего дня.
Это еще раз к вопросу о том, что теория права вторична по отношению к закону: судья должен сам уметь правильно истолковать любой закон, даже если по нему нет никаких научных разъяснений.
Т.е. для судьи важно иметь не отличную память, а отличные логические способности: уметь делать умозаключения (связывать между собой те или иные обстоятельства дела и находить взаимосвязь этих обстоятельств с соответствующими нормами права).
Недостаток ума не следует объяснять недостатком памяти (Гельвеций).
Отличная иллюстрация к сказанному выше – контрольная по математике в школе. Отличник решит сложную задачу, не заглядывая в формулы. А двоечник не решит. Двоечник не решит эту задачу, если даже ему разрешить свободно пользоваться любыми учебниками: у него будут все формулы (математические законы), но они ему ничем не помогут, потому что он не понимает, как они работают. Проблема не в том, что он их не помнит, а в том, что он не умеет ими пользоваться.
Также и в юриспруденции: слова «суд», «судить» и рассуждать» имеют один корень. Отличное знание теоретического материала, показанное на квалификационном экзамене, вовсе не гарантирует то, что будущий судья будет этот материал правильно и к месту применять на практике. Нужно понимать механизм применения права, иначе получится как в басне «Мартышка и очки»:
«То к темени их прижмет, то их на хвост нанижет,
То их понюхает, то их полижет; очки не действуют никак».

читать дальше