Сняла решительно пиджак наброшенный



 

Аннотация: в определении от 23.10.14 г. № 2469-О Конституционный Суд  РФ пришел к выводу, что не все решения органов государственной власти, нарушающие права граждан, могут быть обжалованы в суд.

 

«Полковник был большая сука: он пасовал на трех тузах».
(Прибаутка преферансистов).

 

Определение от 23.10.14 г. № 2469-О[1] – стандартное определение КС с уже присущим набором грубого нарушения норм процессуального права, слишком вольным толкованием  норм Конституции и приписыванием заявителю того, на что он не ссылался в своей жалобе.
В статье «Вперед, родные! Не считайте трупы!» нами критиковался существующий порядок проведения квалификационного экзамена на должность судьи, в том числе и порядок обжалования решения экзаменационной комиссии по приему этого экзамена, согласно которому оспорить решение комиссии можно только по вопросу нарушения процедуры проведения экзамена, но не вопросу объективности выставленной кандидату оценки.
На наш взгляд, п 2 ст.264 ФЗ «Об органах судейского сообщества в РФ», закрепивший такой порядок обжалования, содержит целый букет нарушений Конституции РФ.
Здесь и противоречие с ч.2 ст.46 Конституции РФ, по смыслу которой любые решения органов власти, должностных лиц и организаций, нарушающие права граждан, могут быть обжалованы в суд.
Здесь и противоречие и с ч.4 ст. 32 Конституции РФ, в соответствии с которой граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной службе. Получается, что доступ неравный: принцип равенства можно без проблем обойти за счет выставляемой оценки (за одинаковый ответ на один и тот же вопрос одному кандидату экзаменационная комиссия может необоснованно завысить оценку с «двойки» до отличной, а другому —  необоснованно занизить с отличной вплоть до «единицы»).
Здесь и противоречие с ч.4 ст.37 Конституции РФ, признающей право на индивидуальные трудовые споры, в ее системной связи со ст. 381 ТК РФ, устанавливающей, что под индивидуальным трудовым спором понимается,  в том числе, спор между работодателем и лицом, изъявившим желание вступить в трудовые отношения, в случае отказа работодателя от заключения трудового договора.
В данном случае у кандидата в судьи возникает спор с первым представителем работодателя в многоступенчатой системе отбора кандидатов на должность судьи – экзаменационной комиссией (органом, наделенным государственно-властными полномочиями)  по вопросу соответствия его знаний требованиям, предъявляемым к должности судьи. Но  п.2 ст.264 ФЗ «Об органах судейского сообщества в РФ» не признает право кандидата на разрешение этого спора.
Несмотря на это КС РФ в указанном определении пришел к выводу, что п.2 статьи 264 ФЗ «Об органах судейского сообщества в РФ» не может рассматриваться как нарушающий конституционные права заявителя.
Заметьте: КС РФ опять делает вывод по существу дела (о конституционности-неконституционности обжалуемого закона), не приступая к рассмотрению его по существу (отказав в принятии заявления). Грубейшее процессуальное нарушение.
Такие ошибки допускают весьма редко даже мировые судьи. А в деятельности КС такое в порядке вещей: каждый день по несколько определений с таким обоснованием. Уже оскомину набило (см. статью «Проблемы негров шерифа не волнуют»).
Не лучше и с применением материального права: КС РФ пришел к выводу, что «определение уровня знаний заявителя и проверка их соответствия оценке, полученной этим заявителем при сдаче экзамена, не входит в полномочия судебной власти, как они определены в статье 118 (часть 1) Конституции РФ».
Ну, и как же они там определены?
Читаем ч.1 ст.118 Конституции: «правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом».
Всё.
Надо обладать очень богатым воображением, чтобы усмотреть в этой норме закрепление каких-либо полномочий.
Лично мы не видим ни одного. Мы видим только указание на орган, который вправе осуществлять правосудие: ни прокуратура, ни военный трибунал, ни сход граждан, ни святая инквизиция, а только суд. Полномочия же судов должны устанавливаться федеральными конституционными законами (ч.3 ст.128 Конституции РФ).
Автора терзают смутные сомнения: не заключается ли «сложный процесс глубокого проникновения в суть конституционных норм»[2] судьями КС РФ в раскуривании ими кальяна при обсуждении выносимого решения?
Статью 46 Конституции (которую КС РФ тактично обошел в своем определении № 2469-О) никто не отменял: гражданин вправе обратится в суд с жалобой на любые решения органов власти, нарушающие его права. Соблюдение этого права – обязанность государства (ст.2 Конституции РФ).  И это право определяет смысл, содержание и применение законов, в том числе и ст.264 ФЗ «Об органах судейского сообщества в РФ».
Очевидно, что п 2 ст.264 ФЗ «Об органах судейского сообщества в РФ» ограничивает установленное ст.46 Конституции право гражданина на обжалование решений и действий органов власти.
В соответствии с ч.3 ст.55 Конституции РФ, ограничение прав и свобод человека допускается только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
А в связи с чем в данном случае ограничено конституционное право гражданина на обжалование решений органов власти?
«Определение уровня знаний заявителя и проверка их соответствия оценке, полученной этим заявителем при сдаче экзамена, не входит в полномочия судебной власти».
А что так?
Компетентности не хватает?
А что ж тогда заседаем в экзаменационных комиссиях по приему квалификационного экзамена на должность судьи? Напомним, что эти комиссии, согласно ФЗ «Об органах судейского сообщества в РФ», состоят не менее чем на ¾ из судей.
Как оценить знания кандидата, будучи членом экзаменационной комиссии, так это мы мастера; а как проверить в качестве суда обоснованность выставленной комиссией оценки, так «ой, извините, мы в этом не разбираемся»?
Судебная власть не вправе ставить и медицинские диагнозы. Что ж теперь не будем рассматривать в суде дела по медицинским ошибкам, приведшим к смерти или увечью пациентов???
Это к тому, что, если у наших судов действительно такие плохенькие знания в юриспруденции (не могут самостоятельно оценить уровень знаний кандидата и правильность выводов экзаменационной комиссии по приему квалификационного экзамена на должность судьи), то можно же назначить соответствующую экспертизу. Процессуальные законы (например, ст.79 ГПК РФ) это позволяют: если судья не сведущ в каком-то вопросе, требующих специальных познаний в области науки, техники и т.д., он должен назначить экспертизу (в данном случае правовую).
Другое дело, что юридические науки – это хлеб любого юриста, не говоря уже о судьях. И если судья расписывается в незнании юриспруденции (назначая правовую экспертизу), то чего он тогда делает на должности судьи?

Цинизм ситуации в том, что КС РФ в определении от 01.10.01 г. № 199-О сам пришел к выводу, что, по смыслу Закона Российской Федерации «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», являющегося применительно к вопросам судебной защиты прав граждан специальным актом, «ни одно решение субъекта, наделенного публичными функциями (к каковым относится и квалификационная коллегия судей), если оно затрагивает права и свободы человека и гражданина, не может быть выведено из сферы судебного контроля, осуществляемого по инициативе гражданина, интересы которого затронуты».
Ну, и в качестве «контрольного в голову» по настоящему делу КС РФ усмотрел в «материалах жалобы» ссылку заявителя на отказ суда общей юрисдикции в удовлетворении заявления по основанию пропуска срока на обращение в суд?
Никак опять результаты «сложного процесса глубокого проникновения в суть»?
Не было этого в жалобе в КС РФ и близко.
Да, это одно из двух оснований отказа суда общей юрисдикции в удовлетворении заявления. Но заявитель даже не заикался об этом, помня, что в силу статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов.
Используя пропуск заявителем исковой давности как аргумент отказа в принятии заявления к рассмотрению в КС, последний тем самым соглашается с выводом суда общей юрисдикции относительно того, что заявитель действительно этот срок пропустил. Т.о., КС РФ нарушает один из основополагающих принципов своей работы: не давать правовую оценку решению суда общей юрисдикции (не вмешиваться в компетенцию судов общей юрисдикции).
И вот все эти ляпы укладываются в рамки «безупречной репутации», которую априори закрепляет за судьями КС РФ ст.8 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»?
У нас сермяжных это именуется минимум непорядочностью, а внутри судейского сообщества – «безупречная репутация».
Можете себе представить, что вытворяют судьи низших судов, раз такое позволяют себе судьи с безупречной репутацией.
Один судья может ошибиться.
Но не могут же ошибаться 19 судей. Причем ежедневно и в каждом определении по нескольку раз.
Это уже не ошибки. Это злой умысел.
По нашему глубокому убеждению, в существовании КС вреда в тысячи раз больше, чем пользы.
По первоначальному замыслу КС должен был защищать народ, наделивший властью законодательные, исполнительные и судебные органы, от злоупотреблений властью со стороны этих органов.
Но если в этот орган проникают люди непорядочные, то КС превращается из щита демократии в стиральную машину для правительства: он узаконивает ведущееся государством наступление на права и свободы человека, отстирывая «грязные» законы, извращающие смысл конституционных норм, и постепенно убирая (фактически) из Конституции те ограничения, которые установил народ для власти.
Посмотрите: от Конституции 1993 г. уже живого места не осталась. Она вся латана-перелатана нашим доблестным Конституционным Судом. То, что раньше власти запрещалось, теперь разрешено Конституционным Судом.
Беда еще в том, что толкование закона, данное КС в постановлении или определении, становится общеобязательным для всех судов. Если раньше добросовестные судьи, стремясь защитить человека, хоть изредка могли применять конституционные нормы так, как они их понимают (и никто не мог их обвинить в том, что они специально применяют неправильное толкование), то после толкований законов Конституционным Судом они не имеют права от этих толкований отступить, будь они трижды неправильны.

08.12.14 г. Президент РФ встретился в Санкт-Петербурге с судьями КС РФ и опять похвалил их за профессиональную работу.
«За что же, не боясь греха, кукушка хвалит петуха?
За то, что хвалит он кукушку».[3]

 

 

Чертовской Ф.Ф,

 

Библиография:

[1] Определение Конституционного Суда РФ от 23.10.14 г. № 2469-О   http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision180037.pdf
[2] «Конституционное право России: учебник» 3-е издание, переработанное и дополненное.Козлова Е.И., Кутафин О.Е. «Юристъ», 2004. С.40.
[3] Крылов И.А.. «Кукушка и петух».
О других особенностях российского конституционного судопроизводства читайте:
«Проблемы негров шерифа не волнуют»
«Собака на сене»
«Все! Жизнь тракториста искалечена»
«Хьюстон, у нас проблема»

юридические услуги онлайн


style=»border:0;» height=»31″ width=»88″ alt=»Рейтинг@Mail.ru» />